Газета 'Земля'
РЕДАКЦИЯ ПОДПИСКА РЕКЛАМА ВОПРОС-ОТВЕТ
Содержание номера
НОВОСТИ
    Совет недели
    Акцент недели
ЗНАЙ НАШИХ!
    «Нива» для Баженовой
    Шах и мат агинчан
БУДЕМ ЗНАКОМЫ
    Мир особого детства
КРУПНЫМ ПЛАНОМ
    Когда в ДК подпорка из оглобли…
ЗДОРОВЬЕ
    Берегите зрение смолоду
    Профессиональные и неравнодушные
ЖИВЕТ ГЛУБИНКА
    Как по муромской дорожке
ЛЮДИ ЗЕМЛИ ЗАБАЙКАЛЬСКОЙ
    Подойницыно: вчера, сегодня, завтра…
СЫНЫ РОССИИ
    Вчера – мальчишки, сегодня – солдаты
ТелеМАНИЯ
    Отпуск, море, смех, любовь = 3+2, или Киноприключения «дикарей»
ЗДРАСТЕ, СНАСТИ
    21 июня
ЗДРАСТЕ, СТРАСТИ!
    Вы к кому?
ВЫХОД В СВЕТ
    Три века с Китаем
ДВИЖЕНИЕ - ЖИЗНЬ
    Пенсия спорту не помеха
КУЛЬТУРА
    Памяти Лизы Петровой
ПО ГОРОДАМ И ВЕСЯМ
    Ненастный день минувшей осени
ПАМЯТЬ
    Сёстры Победы
МЫ ЖИВЫ, ПОКА ЖИВА ПРИРОДА
    Дзерены бегут через колючую проволоку
НЕСКУЧНАЯ ЗАВАЛИНКА
    Вольная забайкальская поэзия
О ЧЕМ НАМ ПИШУТ
    Глава села с нами, а мы – с ней!
ФАЗЕНДА
    Ай да огурчики!
Выпуск № 24 от 11.06.2019 г.
Ненастный день минувшей осени
Полемические заметки об отдыхе на Северном Кавказе. И не только там...
Была поздняя осень. В тот день, сразу после обеда, зарядил мелкий нудный дождик. Казалось, что здесь, у горы Машук, на месте дуэли великого поэта с нерадивым майором, который из-за плохого зрения не мог с пяти шагов попасть даже в корову, природа оплакивала нелепость случившегося много-много лет назад.
Звёздный час поэта

    В тот неласковый вечер минувшей осени именно здесь мне вдруг стали ближе и понятней жизненные переплетения, которые соединили Читу, Пятигорск и Тарханы Пензенской губернии – родовое поместье и последнее пристанище Михаила Лермонтова. Именно здесь наш земляк, неподражаемый поэт Михаил Вишняков, получил Всероссийскую литературную премию имени своего гениального тёзки. Было это 1 июля 2006 года.
    За день до этого события по телефону он чуть ли не прокричал мне высоким, взволнованным голосом следующие строчки, озаглавленные им как «Докладная записка тамошнему губернатору»: /Наш народ не сгорблен, не ссутулен. /Забайкалье – край здоровяков. /Правит в нём Равиль Гениатулин, /В нём поэмы пишет Вишняков. /Слышатся Кобзона отголоски – /депутат буряточек степных. /За решёткой грустный Ходорковский, /проторивший тропку для других. /От свечей остались лишь огарки, /Чингисхана Родина сама. /Это вам не Пенза, олигархи. /Здесь уран, овчарки да тюрьма. /Забайкалье! Золотые дали – /Свищет ветер иль грозит гроза… /И за всем за этим наблюдают /хитрые китайские глаза./
    И здесь же, без всяких словесных переходов, сообщил, что и организаторы, и губернатор вместе со своими помощниками – порядочные скупердяи, так как в денежном выражении премия составила не десять тысяч долларов, как думалось, а всего лишь жалкие десять тысяч рублей, от которых у Майкла, как я его называл по-дружески, осталась «пыль в кармане да блоха на аркане».
    Но материальная сторона – не главное. Был большой праздник, был Иосиф Кобзон и лучшие эстрадные коллективы Пензы, был, наконец, шикарный банкет. Главным героем этого дня, в честь которого весь день произносились здравницы, был наш чертовски обаятельный и неотразимый, по-настоящему счастливый Михаил Евсеевич Вишняков. Это был его звёздный час!
    
Не сотвори себе кумира

    Если бы знал, что маршрут экскурсии по лермонтовским местам на Северном Кавказе за последние полвека не претерпел изменений к лучшему, то вряд ли по собственной воле согласился на эту поездку. Но уж больно сильно просила жена, ни разу не бывавшая в этих местах, и автор этих строк дрогнул. Водитель и странный гид собирали сорок с лишним туристов со всех санаториев Кисловодска не меньше часа, при этом наш «Икарус» закладывал на узких дорожках такие виражи, что до сих пор удивляюсь, почему он никого не затаранил. Всю недлинную дорогу до Пятигорска экскурсовод Юра, явно случайный человек в этой должности, заунывным и скрипучим голосом повествовал о перипетиях роковой судьбы поэта, который, оказывается, был и пьяница, и бабник, который чуть было не совратил одну из сестёр майора Мартынова(!) Последний, лишённый многих достоинств, делающих честь большинству офицеров той поры, преуспел лишь в казнокрадстве: по слухам, умыкнул из казны пять тысяч рублей. Сумма по тем временам фантастическая, если учесть, что хорошая корова стоила всего пять рублей. По рассказу гида, майор был не только нечист на руку, но и преуспел в стукачестве и подхалимстве. На мой вопрос, из каких исторических источников он почерпнул эти сомнительные сведения, экскурсовод невозмутимо ответил: «Из закрытых от широких масс». Врал и не краснел.
    Мемориальный домик-музей Лермонтова, где он провёл последние месяцы своей, в общем-то, весьма бурной жизни, тоже никак не изменился, кроме цены на входной билет, составляющей полторы тысячи рублей. По моим скромным подсчётам, за эти годы на этом маленьком мемориальном комплексе городские власти заработали столько денег, что на них можно было бы вымостить маленький дворик золотыми плитками. Следующие объекты, которые нам навязала турфирма, к гениальному поэту имеют такое же отношение, как я – к космонавтике. Первый – канатная дорога, второй – знаменитый Провал, который увековечили в своём романе «Двенадцать стульев» великие юмористы Ильф и Петров.
    Обозреть красоты Пятигорска с горы Машук за полторы тысячи рублей изъявили желание немногие. Остальные около часа штурмовали расположенные вокруг сувенирные лавки, кафешки, в которых можно отведать вкуснейшие пироги по-осетински. (Пироги по-забайкальски, не менее привлекательные и гораздо дешевле, можно вкусить и у себя, в Забайкалье. – Авт.) Далее – пешая прогулка к Провалу, за вход в который брал только Остап Бендер, да и то при чрезвычайных обстоятельствах. А и правда: кто полезет в этот естественного происхождения грот с тяжёлым воздухом, да ещё за деньги? Двадцать первый век – дураков нет!
    Завершило экскурсию посещение памятника на месте дуэли поручика-поэта и майора-казнокрада. На этом месте ранее я бывал неоднократно и на этот раз решил не делать исключения. Но гид Юра понёс такую пургу, такую околесицу, что слушать эту бредятину было просто невмоготу. Создавалось впечатление, что он либо обкололся, либо обкурился. На обратном пути, после неудачной попытки прочитать одно из гениальных стихотворений, экскурсовод замолчал и заснул. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!
    
В мечтах и наяву

    На другой день, обмениваясь впечатлениями о поездке по лермонтовским местам, мы с женой после недолгих разногласий сошлись в одном: в турфирме «Вершина», как и в администрации и Кисловодска, и Пятигорска, работают, мягко говоря, халтурщики, заряженные на выкачивание у туристов денег. Зачем, спрашивается, в экскурсию по лермонтовским местам включили посещение канатки и Провала? Мне это напоминает давние совковые времена, когда в магазинах вместе с дефицитными товарами или продуктами обязательно навязывали довески в виде неликвидов. Возможно, грубоватое сравнение, когда речь идёт о трепетных, поэтических мотивах, но уж, извините, такова проза жизни.
    Лично мне, например, этот маршрут представляется следующим образом: после посещения дома-музея туристов завозят в любой кинотеатр, где в течение 30–40 минут демонстрируют фильм о Тарханах. Документальных фильмов об этом родовом гнезде любимой и любящей бабушки поэта снято великое множество. Было бы, уверен, весьма интересно увидеть и услышать и его детстве, и о его родных и близких, лицезреть последнее пристанище гениального поэта, круглогодично утопающее в живых цветах.
    Без больших затрат, из множества документальных кинолент, можно, и давно бы уже должны смонтировать ролик для широкого показа туристам, таким, как автор этих строк, который не был и уже никогда не побывает в Тарханах. Было бы и познавательно, и впечатлительно. Но, увы и ах, чего нет, того нет.
    Не менее интересным может оказаться и другой проект, связанный с картинной галереей, расположенной по правой стороне, между канаткой и провалом. Это одноэтажное деревянное здание внушительных размеров с очень привлекательной витиеватой резьбой в виде украшений стоит с заколоченными досками окнами не один десяток лет. После реставрации в этом когда-то красивом помещении просятся передвижные выставки художников, творивших во времена Пушкина и Лермонтова. Таких авторов и их работ в запасниках Эрмитажа и Третьяковки, я знаю точно, имеется в избытке. Вместо того, чтобы пылиться и дряхлеть, работы больших мастеров могли бы радовать многих и многих отдыхающих. Очень органично в эту экспозицию впишутся некоторые работы и самого поэта, который, как все гении, был очень даже талантливым художником.
    Самое время выстроить экскурсию по лермонтовским местам в такой последовательности: дом-музей – кинотеатр – картинная галерея – место дуэли. Если кто-то предложит ещё что-то на эту тему, мы только выиграем, познавая яркую жизнь блестящего, храбрейшего офицера и гениального, непревзойдённого поэта.
    В Кисловодске, в нашем маленьком частном санатории, нечаянно обнаружил небольшую книжную библиотечку, чему несказанно обрадовался, и которую буквально перечитал всю, вплоть до брошюр. Одна из них привлекла внимание. Это были воспоминания второй жены гениального советского писателя и драматурга Михаила Булгакова. Любовь Белозерская, дама весьма красивая и широко образованная, рассказала об одном эпизоде, имеющем прямое отношение к моему рассказу. Итак, у Булгакова была манера спрашивать неожиданно о том, что его волнует в эту минуту. Поэтому ничего удивительного не было в том, что как-то он спросил свою жену: «Какое литературное произведение в русской литературе лучше всего написано?» Белозерская, не задумываясь, стразу ответила: «Тамань» Лермонтова». Булгаков сказал в ответ: «Вот и Антон Павлович Чехов так считает».
    Оспаривать мнение признанных классиков мировой литературы и сам не берусь, и другим не советую.
    
Охота пуще неволи

    У писателя Василия Шукшина в серии о мужиках-чудаках есть рассказ (не помню названия. – Авт.), который начинается примерно так: «На это надо было решиться. И он – решился». А всего-то делов, что не отдал жене зарплату, так как купил… микроскоп. Вещь для семьи в деревне такой же нужности, как хомут для трактора. Вот и мы после долгих размышлений и даже лёгких споров приняли решение: надо ехать на один из курортов Северного Кавказа. Те далёкие времена, когда профсоюз навязывал трудящимся путёвки на курорты по смешным ценам, давно канули в Лету. Надеяться можно было только на собственные доходы, которых у пенсионеров, как известно, кот наплакал. Но если в течение года будешь подкапливать денежки, да если подросшие дети настаивают оказать помощь в виде дензнаков, то самое время залазить в интернет. Город определили сразу – Кисловодск. Среди курортного ожерелья под названием Кавказские минеральные воды этот город выделялся как самый крупный изумруд. Основан в 1803 году. Через двадцать лет, по прихоти генерала Ермолова, который был в то время здесь и царём, и богом, и воинским начальником, заложен национальный парк, украшением которого сначала стала долина роз, а гораздо позднее и канатная дорога. Примечательно, что в те далёкие годы, как только до столицы дошли слухи о чудодейственных качествах минеральных вод и лечебных грязей, сюда потянулись караваны страждущих больных. А так как средством передвижения были только конно-гужевые кибитки, то дорога от Санкт-Петербурга до Кисловодска (Пятигорска, Минвод, Ессентуков, Железноводска) занимала от сорока до пятидесяти суток. Одним словом, охота пуще неволи, ибо война с чеченцами продолжалась и в восемнадцатом, и в девятнадцатом веках, так что попасть в неволю к диким сынам Аллаха можно было запросто. И всё равно ехали и ехали в эти края князья и графья, состоятельные помещики и зажиточные дворяне. Щеголяя друг перед другом шикарными дворцами и домами, они интенсивно застраивали и осваивали Кавказ. Сооружения из камня и гранита простояли более двух веков, послужат новым хозяевам ещё столько же.
    Из официальной справки можно узнать, что в Кисловодске успешно функционируют 60 санаториев и гостиниц. Город с населением около 130 тысяч человек еле справляется с непрерывным потоком гостей из разных волостей. При выборе курорта, в котором планировали провести полмесяца, в первую очередь мы обратили внимание на цену и на перечень процедур, которые входят в оплату человеко-дня. Выбор широк: от четырёх до десяти тысяч. А нет ли подешевле? Есть, санаторий «Элита». В центре. Частный. Шведский стол. Все лечебные процедуры, кроме грязей. Бассейн, настольный теннис, открытая веранда, бильярд, сауна, русская баня и другие прелести лечения и отдыха. Цена вопроса – три тысячи рублей в сутки. Самый дешёвый и самый молодой санаторий: ему всего 6 лет. Возникли сомнения: дёшево (относительно, конечно. – Авт.) – не всегда качественно. Решили рискнуть.
    Продолжение следует…
    
    Владимир КИБИРЕВ, публицист
3d
Яндекс цитирования