Газета 'Земля'
РЕДАКЦИЯ ПОДПИСКА РЕКЛАМА ВОПРОС-ОТВЕТ
Содержание номера
НОВОСТИ
    Совет недели
    Акцент недели
АКТУАЛЬНО
    Деньги – детям
БУДЕМ ЗНАКОМЫ
    Блаженство хозяйствовать
У ВСЕХ НА УСТАХ
    Наверное, хотели как лучше…
ЮБИЛЕЙ
    Нерчинск, с праздником!
РЕПОРТАЖ НЕДЕЛИ
    Первая. Традиционная?
БЕЗ РЕТУШИ
    Как по муромской дорожке
О ЛЮДЯХ ХОРОШИХ
    Хозяева кордона Агуца
ХОЧУ СКАЗАТЬ
    Мамины глаза
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
    «Враги народа» не знали, за что умирали
ТелеМАНИЯ
    Талант под свастикой и вечное творчество
ЗДРАСТЕ, СТРАСТИ!
    Последняя глава
ВЫХОД В СВЕТ
    «Побратимы Халхин-Гола» и Сальвадор Дали в Чите
ЛЮДИ ЗЕМЛИ ЗАБАЙКАЛЬСКОЙ
    Звёзды Гласко
КАСАЕТСЯ ВСЕХ
    Уехать или остаться?
НАБОЛЕЛО
    Калганский район без прикрас
НЕСКУЧНАЯ ЗАВАЛИНКА
    Литературная гостиная
    Вольная забайкальская поэзия
НА ТЕМУ ДНЯ
    Бесплатный гектар. Испытано на себе
Выпуск № 34 от 20.08.2019 г.
«Враги народа» не знали, за что умирали
24 августа – 100-летие села Соловьёвск Борзинского района
Хочу рассказать о судьбах казаков – основателей посёлка Нововоздвиженск (Соловьёвск) – по воспоминаниям старожилов и архивным документам.
И пришли казаки…

    На одной из встреч в августе собрались жители Борзи, которым была небезразлична судьба жертв политических репрессий. Немногословные старые люди рассказывали о тяжёлых годах, когда страшно было жить, когда опустели деревни, во многих организациях некому было работать. Террор пронёсся по всему Забайкалью. Многие никогда больше не увидели своих отцов, сыновей, дочерей, близких и знакомых. Присутствующая на этом мероприятии бывший член горкома партии по идеологии встала и категорично заявила, что не было такого, что врут на партию, которая заботилась о благе своего народа. И тут молчаливые старики заговорили и стали рассказывать о том, как вечерами приезжал «воронок», как пустели сёла, как прямо с работы забирали «врагов народа», как появились понятия «жена врага народа», «дети врагов народа»; как через много лет узнали о страшной судьбе арестованных, а судьбы некоторых из них до сих пор неизвестны, как приходили справки о реабилитации невинно замученных на допросах, умерших от холода и голода в сталинских лагерях, расстрелянных…
    Сначала появились списки раскулаченных, потом сосланных в Сибирь, затем списки расстрелянных «врагов народа». Старики говорили о доносах соседей, жителей села. Рассказывали об участии в несуществовавших в действительности контрреволюционных организациях, восстаниях против Советской власти. А ведь за репрессиями, на самом деле, стоял хорошо организованный государственный аппарат уничтожения лучших забайкальцев, которые не посрамили своей чести в войнах с Китаем (1900–1902 гг.), с Японией (1904–1905 гг.), с Турцией и Германией (1914–1918 гг.) и были настоящими тружениками в суровых условиях Забайкалья.
    В начале прошлого века, когда подули революционные ветры, расшатывая устои царского самодержавия и испытывая людей в новых условиях, на границе с Монголией у реки Ульдза возникло казачье поселение, которое стало называться Нововоздвиженским. Причинами возникновения в этом месте поселения были не только благоприятные условия для ведения сельского хозяйства, но и близость границы. Эта близость могла бы спасти казаков от Гражданской войны, от карательной политики атамана Семёнова, который не простил казакам Манкечурской станицы самовольного захвата земель духовенства и лесной администрации [1]. Не хотели казаки воевать ни за белых, ни за красных. Поэтому казаки – однополчане Манкечура, Чиндагатая, Васильевского Хутора, Пури, Бырки, Савва-Борзи, Онон-Борзи, Ключевского и других посёлков – решили переселиться в это удобное место, подальше от гремящих по всему Забайкалью событий. Разведав место, они стали переселяться, копать землянки, городить загоны для скота, ставить избы, словом, готовились серьёзно обживать степные места, где на Далане уже стояла заимка жителя Кулусутая Кузнецова Георгия Егоровича по прозвищу Уланов, отец которого в 1861 году на охоте в честь генерала-губернатора М.С. Корсакова и наказного атамана Гитмана, сидя верхом на лошади, застрелил из лука летящую дрофу. А на Хушуре с семьёй жил казак Соловьёв Георгий Яковлевич, отец которого был награждён знаком отличия военного ордена 4 степени за Китайский поход.
    Переселенцы стали заниматься в основном животноводством и промыслом соли на соляных озёрах Монголии. Появились свои кузнецы. Кузнецом был мой дед Федурин Фёдор Евстропович. Он работал вместе с сыном Василием. Василия в 1937 году арестовали, пытали в подвалах Даурии и расстреляли, хотя у него с женой Анастасией Михайловной было шесть детей. А кузня и амбары моего деда долго ещё служили односельчанам.
    Село Нововоздвиженск возникло в трёх местах: на Хушуре (Кучуре), в красивом месте за рекой, там до сих пор видны ямы от больших землянок, на Далане, на высоком месте, у которого лежат мраморные плиты с надгробий, да стоит пограничная вышка, и на месте современного посёлка.
    О новом поселении узнавали жители других сёл, и потянулись люди, одни с надеждой о лучшей жизни, другие – отсидеться, укрыться от невзгод. На территории села в 1920 году был бой красноармейцев с отступающими каппелевцами. По рассказам моей матери Малаховой (Федуриной) Натальи Фёдоровны, были потери с обеих сторон по десять человек. Где они похоронены, неизвестно. По документам известно, что в полк Асатиани из дивизии Нестора Каландаришвили в 1920 году ушёл воевать сын Георгия Яковлевича Соловьёва Иван. Он погиб в Якутии при установлении Советской власти вместе с «легендарным дедушкой» [2].
    Загадочна и судьба основателя села Соловьёва Георгия Яковлевича, служившего в контрразведке отряда Сергея Лазо с 1918 года [3].
    Было выдано удостоверение красного партизана Гражданской войны и жителю нашего села Г.Ф. Лопатину 1897 года рождения, который участвовал в 1919 году в переходе 1-го Забайкальского казачьего полка на стороне красных и добровольно вступил в отряд Я.Н. Коротаева [4].
    Служил в 1921 году в отдельном кавалерийском дивизионе 1-й Читинской стрелковой дивизии и будущий председатель Соловьёвского сельского совета Макаров Александр Дмитриевич (1927 г.). Он участвовал в боях в Маньчжурии в рядах РККА и одним из первых вступил в коммуну «11 октября» [5].
    В послевоенные годы жители Соловьёвска (так стал называться посёлок) отстраивались, продолжали разводить скот. Земледелием не занимались после неудачных попыток первых лет, считая земли в районе Соловьёвска непригодными для хлебопашества. Дружно жили с соседями – монголами, косили в Монголии сено, в снежные зимы помогали монголам сохранить скот, откармливали его. Ездили на шерстобитную фабрику работать, оттуда привозили потники и войлок, вели с монголами торговлю. Некоторые возвращались на родовые места, приезжали в село новые люди. И в казачьем посёлке Соловьёвск на 29 января 1927 года жило 580 человек, из них 305 женщин, русских – 574, эстонцев – 6 (семья Либерт). Хозяйств было 108, все индивидуальные, из них бедняцких – 21, середняков – 68, зажиточных – 19. Население занималось исключительно скотоводством, побочный заработок – извоз. Почтой село не обслуживалось, имелась школа-двухлетка. Открыта школа была в 1924 году, занимались по избам, учеников было 39 человек, первым учителем был Благовещенский Николай Иванович, основатель коммунистической ячейки в нашем селе. Была изба-читальня, кооператив на паях, появилась погранзастава.
    В сельском Совете было 11 членов, председателем был А.Д. Макаров, а секретарём Н.И. Кузнецова. На Совете рассматривали вопросы «О принятии в земельное общество Гурбетьева и Елгина», «Об отказе на открытие в селе винной лавки по просьбе Читинского Центрспирта от 09.02.1927 г. №557», «Об перевозе из села Кулусутай дома Золотухина Евграфа для нужд погранотряда».
    После приезда А.Н. Пельменёва – начальника Борзинской районной милиции – стали облагать хозяйства налогом в индивидуальном порядке.
    Были посланы на районный съезд сельских Советов А.Д. Макаров, Л.Я. Либерт, Л.С. Кочнёв. На заседаниях исполкомов ставились вопросы «О допуске бурят в пределы села Соловьёвск», «Об отводе воды в протоку реки Ульдза», «Об организации дружины по самообороне».
    Пограничный с Китаем и Монголией Борзинский район при создании в 1926 году по количеству скота в Читинском округе занимал второе место, а овец – первое. О том, как жили и трудились казаки Соловьёвска в 1928 году, расскажут скупые цифры статотчёта: скота было 9609 голов, овец и коз 14865 голов, шерсти сдали 144344 кг, появился маслозавод.
    Появились новые семьи, слышались звонкие детские голоса, церкви в селе не было, ездили венчаться и крестить детей в соседнее село Кулусутай, где у многих были друзья. В этой церкви с сияющими, по рассказам, куполами крестили своих детей мой дед Ф.Е. Федурин и его жена Васса Семёновна, в девичестве Репина, а также крестил своего первенца их сын Василий Фёдорович и невестка Анастасия Михайловна.
    
Есть лишняя корова – виновен!

    Но уже первый ворон распускал свои чёрные крылья. 21 мая 1929 года Совнарком СССР сформулировали десять признаков кулацкого хозяйства, а 21 ноября в Постановлении Президиума ЦИК СССР предусматривался расстрел задержанного через 24 часа после установления его личности. 5 января по инициативе И.В. Сталина принято Постановление ЦК ВКП(б), в котором установлены жёсткие сроки создания колхозов и поставлена задача ликвидации кулачества как класса.
    Составлялись в селе списки лиц, лишённых избирательных прав: А.И. Леонтьев, Н.П. Васильев, С.И. Леонтьев, Т.Е. Швалов, Я.Г. Пляскин, Х.К. Елгин и др. [6]. Все списки граждан, лишённых избирательных прав от 24.03.1930 года, утвердили как «явно кулацких хозяйств». Кроме них был уже выслан Кочнёв Лавр. А потом будут арестованы и высланы казаки, имеющие большой вес в селе, георгиевские кавалеры, рачительные хозяева, которые если брали работника, то он у них был как родственник. А после года работы ему выделяли коня, корову с приплодом и сообща ставили дом. Среди высланных были казаки Кочнёвы: Кирсан, Яков, Кирик, Лаврентий. Но до сих пор старики в селе помнят кочнёвскую породу лошадей, а доме Кочнёвых была начальная школа, в которой выучились многие соловьёвцы.
    Был выслан и мой дед Федурин Фёдор Евстропович (1884 года рождения) в 1931 году в Красноярский край. Его жена по дороге умерла и он остался с детьми: Натальей (?), Татьяной (11 лет), Просковьей (7 лет) и Александрой (2 года).
    По сведениям о количестве крестьянских семей, выселенных из Борзинского района, составленным по данным протоколов заседаний Тройки при ЧОС ПП ОГПУ по ВСК, в 1931 году было выселено 260 трудоспособных семей, а 557 нетрудоспособных. Из Соловьёвска, по этим сведениям, выслано 11 семей, в которых едоков было 60 человек, из них трудоспособных – 22, а нетрудоспособных (стариков и детей) – 38.
    Все выселки были организованы, всех отправляли на сборный пункт, многие выселенные были без продуктов. Эшелон с арестованными из Борзинского района отправился 3 апреля 1931 года, и это был не последний эшелон. А в 1933 году прошла новая волна выселений. По разнарядке краевого комитета партии, намечалось выселение 56 семей, а Тройка Борзинского района решила выслать 64 семьи с 357 едоками. Кроме того, по имеющимся в документах сведениям, были высланы ещё 47 семей, а некоторые так и остались неучтёнными.
    Оставшихся крестьян облагали индивидуальными налогами, так, Федурин Роман Леонтьевич (1872 года рождения), в семье которого было пять человек, должен был сдать 5 лошадей, 9 коров и 41 барана сумму в 25% своего дохода.
    Акции против казачества и населения Забайкалья были хорошо продуманы. Не допускались к призыву в ряды РККА по социальному происхождению. 22 мая 1935 года из пограничной полосы были высланы семьи Каменщиковых, Кожевниковых, Эповых. Высылались даже те, кто был в партизанах.
    Окончание – в следующим номере.
    
    Михаил МАЛАХОВ, краевед
    
    Источники и литература:
    1. ГАЧО, ф. 334, оп. 2, д. 1, л. 199.
    2. ПАЯО, ф.1, оп. 2, д. 86 – 8, л. 12.
    3. ГАЧО, ф-р – 1077, оп. 3, д. 910.
    4. ГАЧО, р – 1077, оп. 3, д. 2.
    5. ГАЧО, р – 1077, оп. 3, д. 130, с.62.
    6. ГАЧО, р – 1077, оп.4, д.1.
3d
Яндекс цитирования